+74957409778    +79295302087  islands@glorium.ru
Москва, Старопетровский проезд, 7А стр6 офис 208

Яна Дягилева: ангедония

Опубликовано 28.08.2015

1s640x480.jpg

 

 

Солнышко утром встало, люди из дома вышли
Тявкали псы устало, правили люди крыши
А в стороне, у порога клочья холста лежали
Люди забыли бога, люди плечами жали...

Яна Дягилева.

 

 

Сегодня я надеюсь удивить всех тех, кто на фоне последних статей подумал, что больнее уже некуда, да и сильнее тоже уже невозможно. И даже не в плане моего повествования, к которому я всегда относился более чем сомнительно, но в плане судьбы, горения. Курту Кобейну, чтобы сгореть дотла, хватило 27 лет, Владимир Высоцкий смог пылать 42 года, Хантер Томпсон побил все рекорды, разменяв последнее десятилетие своей жизни на мелочь мыслей об уходе. Так, догорая, он сумел продлить своё существование до 67 лет. Сегодняшней нашей героине хватило 24 лет. И этот факел - не иллюзорный, яркий, пожалуй, один из тех, которые не только греют, но и обжигают. И попробуйте заглянуть внутрь лирики нашего сегодняшнего персонажа - под каждым кружевным платком не только завуалированный смысл, но и открытая кровоточащая рана, боль за то, что в этой стране век от века ничего не меняется, и до сих от большого ума лишь сума и тюрьма, а сумасшедшее колесо так и крутится, пытаясь перемолоть все, что попадается ему на пути. И выход, конечно же, один - тот самый нетленный билетик, который лукавый попугай вытаскивает нам из большого чёрного цилиндра. Это и есть единственное лекарство от жизни - билет в небытие, билет в вечность. И тот, кто хочет перестать бояться, несомненно, должен умереть, ведь смерть услужливо улыбается нам ежедневно: "Вперёд, перед вами настоящее освобождение, перед вами единственное финальное решение всех ваших проблем!". Но фальшиво любя, фальшиво протягивая руку "друзьям", многие из нас слишком дорожат своим шансом порыдать над своей неудавшейся судьбой, которую мы зачастую поднимаем над головой и с чудовищной силой сами же разбиваем об землю. А тысячи кусочков нашей с вами драгоценной души уже разлетаются окровавленными осколками и катятся по земле забавными разноцветными бисеринками...

Бисер этот обязательно привлечёт тех самых девочек из разряда вечных детей. Детей отчаявшихся, вышедших прямо под колёса огромному чудовищному поезду жизни. Но сейчас они ничего не боятся, потому что сбор бисера чужих душ, и нанизывание его на собственную нить-историю, превращает полученные фенечки, не столько в фетиш, сколько в зачарованный амулет, который будет греть сердце своей хозяйки до встречи своей первой любви или своей первой смерти. И тут уже, как водится, выбор только за вами - разжать руки, разбив душу на тысячу таких ценных и важных кусочков, либо до поры до времени хранить эту вазу в самом сокровенном месте, оберегая, пряча и забывая о ней...

 

Сегодня мы с вами играем по полной. Играем одну из самых коротких и впечатляющих партий жизни. И я прошу вас по ходу повествования записывать каждый ход, чтобы изучив этот путь, вы могли повторить всё - от первого гитарного аккорда, до последнего вздоха. Вздоха, который принесёт покой и забвение. И, конечно же, славу. Такую ничтожную и мелкую, на фоне таланта, славу, которая своими грязными руками, конечно же, вознамерится всё опошлить. Но мы забегаем слишком далеко, сегодня рядом с нами одна из самых ярких поэтесс, как в истории литературы, так и в истории русского рока - Яна Станиславовна Дягилева.

 

 



И вот перед нами уже открывается живописный вид на более чем, монументальный город своих широт - Новосибирск. Он славится не только своими соборами, музеями, замечательным цирком и любопытнейшим зоопарком, но и множеством рек, расположенных на территории города и области. Тонкие синие вены притоков и рукавов Оби голубыми ручьями пронизывают Новосибирск, наполняя его тем самым духом, тем самым настроением, той самой силой, какую в былинах и сказках приписывали Земле Русской. И вот она -  без сомнения живая вода, со своими пугающими скатами обрывистых берегов. Вода, которая несёт жизнь, вода, которая приносит забытье, но не забвение.

На дворе же 1966-ой год. Мы с вами в центре города, на Ядринцевской улице. И вот, пожалуй, самый типичный пейзаж Новосибирска тех лет - на фоне стареньких деревянных домиков, могучие исполинские краны уже возводят новостройки и, несмотря на то, что район является центральным, создаётся стойкое впечатление провинциальной окраины. И это скорее преимущество, нежели упущение - видели бы вы ту зелёную шапку берёз и рябин, склонившихся у дороги, вы бы, несомненно, влюбились в этот великолепный городок, сонную столицу Сибири. Но сон этого города время от времени разгоняется рождением легенд. Так в 1966-ом в семье теплоэнергетика уже появляется на свет девочка, которую назовут Яной. Семья живёт крайне бедно - в деревянном доме нет даже элементарных удобств. И вот вам жилищный вопрос, как говорится. Скажите мне, сколько ещё талантливых ребят должно родиться в таких домах и в таких условиях, прежде чем в этом мире что-то изменится?

Родители девочки почти постоянно работают - нужно крутиться, чтобы прокормить себя и ребёнка. А Яна уже сидит дома и рисует. И каждый из вас, кто бывал в старом деревенском доме, может представить тот самый момент, когда за окном, под порывами ветра, склоняются молодые деревца, первые неловкие струйки дождя стучат в стекло, а маленькая девочка сидит за столом, расположенным рядом с окном и наблюдает за дорогой, по которой бегут по своим домам уставшие от рабочего дня прохожие, и проезжают редкие машины. А потом домой приходят родители. Они топят печку, и тёплый радостный огонёк уже игриво улыбается из-за прорезей в чугунной дверце топки. Под его весёлое потрескивание Яна выводит на листе бумаги своих бесконечно беспомощных котят с такими серьёзными угольками глаз. И как тут не вспомнить волшебных зверей Нико Пиросмани, чьи глаза также заколдовывают и завораживают? 

Одиночество Яны скрашивали книги. Это, конечно же, вся доступная в то время литература - Платонов, Гумилёв, Ахматова, Цветаева. И Боги, как же чудесно быть дважды одетым в свой собственный мир - в окружении деревянных, самых простых стен, унестись в те литературные дали, которые дают свободу не от чего бы то ни было, но от самого себя. В те глубины, которые заставляют забыть об окаменении сердец и городов, в которых живой кровью течёт любовь и тепло, в глубины, где главный урок - урок справедливости и братства, любви и чести. Пожалуй, самый серьёзный урок, который каждое из будущих поколений будет так же бездумно забывать, как и все предыдущие. И нет никакого ухудшения времён, есть человеческое разложение, которое на фоне прогресса всё чётче проявляется перед нами. Но не о том сейчас, потому что это волшебство уже разливается по головам, по душам и сердцам:



В черном небе слова начертаны —
И ослепли глаза прекрасные...
И не страшно нам ложе смертное,
И не сладко нам ложе страстное.

В поте — пишущий, в поте — пашущий!
Нам знакомо иное рвение:
Легкий огнь, над кудрями пляшущий,—
Дуновение вдохновения!



И, когда в школе начинается очередной скучный предмет, на обычной простой бумаге вместо темы урока уже появляются новые персонажи - иногда полусказочные, иногда - абсолютно девичьи. Это и котики, и дети, и какие-то диковинные животные. Лишь литература и русский язык очень нравятся Яне - ничего не выучив, она с лёгкостью постигает эти предметы, и учителя в один голос говорят, что девочка способная и может заниматься лучше. Только по какой-то своей внутренней причине просто не хочет этого делать. К этому времени Яна, по воспоминаниям своих одноклассников, уже напишет своё первое стихотворение.  Но до воспоминаний ещё долго, да и сама трагедия пока лишь вычерчивает свои основные штрихи, которые зачастую формируют истории талантливых людей - одиночество, непонимание, бедность.


В 1985 году Яна уже учится в институте инженеров водного транспорта. Это, конечно же, не её призвание, но поступить в Кемеровский институт Культуры не удалось. К этому времени молодая девушка уже научилась играть на гитаре и даже входит в состав местного политического ансамбля. На данный момент музыка является для неё единственной отдушиной, и Яна знакомится с женщиной, которая координирует всю рок-музыку Новосибирска - Ириной Летяевой. Благодаря Ире, девочка, до этого безумно любившая Высоцкого, узнаёт имена новых исполнителей, как русских, так и зарубежных.

В декабре того же года, в импровизированный рок-клуб на квартире Летяевой, приезжает один из самых оригинальных поэтов своего времени - именно так он и был заявлен. Программа вечера обычная - немного песен, беседы, неизменное вино и скрип двери, на которой и замка-то нет. Гостеприимный добрый дом. Первые звёзды уже зажигаются на небе, а метель где-то за окном траурно завывает. По кому? Но сердце каждого оттаивает, когда человек с колокольчиками на запястье берёт первый аккорд, потом второй, потом неизменная улыбка, сияющая блестящей фиксой. И вечер не пролетает, он растворяется. И вы тоже растворяетесь в этом вечере, теряя такое привычное ощущение времени, обнаруживая себя дома уже утром, осознавая, понимая, как всё бывает, ощущая поток дней, и осознавая саму природу остановки времени. Саша Башлачёв приедет в Новосибирск ещё несколько раз. До его смерти остаётся меньше двух лет, он постоянно перегружен, зачастую молчалив. Но его хорошая подруга Яна, всегда успешно помогала Башлачёву побороть боль и пережить очередной тяжелейший кризис. Любовь ли этому оправданием? И да, и нет. И как вы мне растолкуете само это слово? Конечно же, это не секс и не прочие извращения, в корне своём противные исконно русской душе, извращения, которые заставляют, получив удовольствие, сидеть и всю ночь умирать на кухне, разлетаясь на тысячу кусков, расщепляясь, разламываясь от чудовищности произошедшего. Или лежать в кровати и чувствовать, как сердце загоняет само себя, потому что НЕПРАВИЛЬНО. Конечно же, это была самая добрая и бескорыстная любовь, чистая поддержка. Дружеская. Человеческая. Однажды, находясь в доме Дягилевых, Башлачёв скажет отцу Яны: «Ваша дочь знает о жизни гораздо больше, чем вы можете подумать…»

Именно после этого одобрения Башлачёва, Яна начнёт перекладывать свои первые стихи на музыку, пытаться что-то играть для друзей. Свои колокольчики Александр передаст ей как дар. И глупо говорить, что это литературная преемственность - ничего подобного. Просто на девочку из скромной семьи одобрение такой значимой для неё личности, как Александр Башлачёв, имело очень сильное воздействие. А сами колокольчики стали не только крестом, но и звездой, которая будет призвана вести Яну в самые сложные минуты жизни.

 





В 1986 году в жизни Яны происходит множество событий, которые в корне изменят её судьбу. В октябре от рака умирает её мать. Девушка очень сильно переживает утрату, но  вида, как кажется, старается не подавать. В конце этого же года она забирает документы из института и начинает новую жизнь. За свои первые квартирники Яна денег не берёт, и на все вопросы о работе заявляет, что деньги ей попросту не нужны. Эта ситуация длится ровно до апреля 87-го года, когда она встречает на одном из концертов Егора Летова. Странный худощавый молодой человек предлагает им с Ирой Летяевой съездить в Омск, чтобы познакомиться с рок-группой "Гражданская оборона" и, по возможности, гастролировать вместе. В этот период наша главная героиня и полюбит харизматичного, талантливого, но слишком жёсткого для неё Егора.

Когда Летова признают психически невменяемым, и принудительно лечат в психиатрической больнице, Яна ждёт. Она в принципе не может не ждать, не может бросить человека в тяжёлой ситуации. Это и называется тем самым мудрёно растолковываемым словом "человечность". Спустя какое-то время после освобождения Егора из психиатрической лечебницы, власти пытаются преследовать его с целью ареста. Автостопом уехав из Омска, и имея при себе 40 рублей - все накопления Егора - молодые люди скитаются по стране. В своих путешествиях, в перерыве между ночёвками по старому доброму принципу "Где повезёт", они дают концерты. Есть нечего, жить тоже негде, но это не мешает молодым людям творить. И публика, состоящая далеко не из сливок общества, орёт на весь зал, перекрывая своим голосом не только слабые гитары, но и барабаны. Однако когда Яна берёт гитару в руки, чтобы сольно исполнить одно из своих сочинений, зал, пусть и не сразу, но затихает. И очередная притча - не башлачёвская и не летовская, но некая песнь-загадка, в которой традиция исконно русского женского плача так сильна, уже рвётся наружу. Голос Яны парит над затихшим залом, где пьяные девушки, на протяжении прошлой песни чуть ли не лезшие в ширинку к своим одурманенным алкоголем спутникам, прижимаются спиной к стене, облокачиваются на сцену, или просто стоят в оцепенении, чувствуя ту информацию, которая льётся со сцены. И, понимая, что всё это, к сожалению, "взаправду", что всё, происходящее вокруг, не кино, но реальность. Реальность, которая тревожит душу каждой настоящей девушки на той самой, просто недоступной мужчинам неимоверной глубине. И именно в этом преимущество женщин - в том тяжёлом амбарном замке, который открывается лишь в случае, когда нужно спрятать ото всех подальше грусть, скуку или страдание. Когда хочешь или нет, но просто нужно быть сильной на фоне сильного мира. Когда ты понимаешь что миф о единорогах и розовых полянах рассыпался и нужно быть просто женщиной. И за эту профессию, "быть настоящей женщиной", уже действительно пора платить деньги.

Егор же поражённый таким успехом, старался включить Яну в свой проект. И тут возникает то самое разногласие между двумя творческими людьми. Не нужно искать виноватого. Иногда пути даже талантливых людей не сходятся. Егор пытается показать Яне своё видение её произведений, временами давит, хочет оформить её так, как ощущает сам. А ей что остаётся делать? Она пытается бороться, но мешают две вещи - неоспоримый подпольный профессионализм Егора и любовь. И рано или поздно она соглашается с ним. Таким образом, понемногу подавляя себя внутри, Яна, конечно же, впадает в отчаяние. Потому что в 21 год девушке очень сложно решить такой серьёзный вопрос, как вопрос выбора между любовью, творчеством и будущим. В конце декабря того же года Егор уезжает домой в Омск, получив известие, что его розыск прекращён. Яна же начинает скитания между Омском и Новосибирском. Скандал, творчество, скандал.

Первые записи и первая акустика Яны относятся к началу 1988-го года. И вот, казалось бы, та самая точка взлёта. Но ей так и не довелось стать первым этапом в долгой творческой жизни. После записи акустического альбом "Не положено!" не успеет пройти и месяца, как крылья Яне обрежет весть о смерти Александра Башлачёва. И снова всё валится из рук. И первая вершина оказалась намного выше, чем полагали все окружающие, потому что падение с этого личного Эвереста, окажется смертельным.

Далее последует множество концертов. И не песни, но как водится - молитвы. Конечно же, Яна это не русский вариант Дженис Джоплин, но отзвук "хиппианства", добра, страдания и дикого разрушения человеком этого мира присутствует в каждой её песне. Это не рок, но исповедь. Не струны, но душа. И я уверен, что каждый из вас в неконтролируемом трансе уже ощущал то чувство тяжести где-то под рёбрами, когда сердце буквально осыпается, и звучит тот самый голос - женский, серьёзный, тревожный. И это та самая терапия мёдом на рану сердца, как вы поняли в тот момент.

В 1989 году дороги Яны и Егора расходятся, и девушка возвращается к себе домой уже навсегда. Очередная потеря и очередной удар, когда уже не остаётся ни любви, ни понимания. Её отец к этому времени уже обзаведётся новой женой и получит свою собственную квартиру. Яна же считает, что места там ей не найдётся и возвращается в заброшенный деревянный дом на Ядринцевской 61. Вот она - ангедония. И стоит ли что-то добавлять?






Старый холодный дом был заколочен досками. Но стоит заметить, что, даже находясь в нём и будучи одинокой, Яна никогда не оставалась одна. Там где жила она, всегда находилось место бездомным котам, которых Яна ласково называла «котейками». Она переживала, что невозможно взять и помочь сразу всем бездомным животным. «Башлачев протоптал дорожку, и мне пора по ней. От меня в этой жизни всем только неприятности и страдания. Все вздохнут с облегчением, когда я исчезну», - постоянно повторяла Яна тем немногим знакомым, с которыми ещё продолжала общаться. После смерти матери и отъезда отца дом просто умер. Он не опустел, но потерял свою душу. И Яна, будучи восприимчивой и внутренне очень ранимой девушкой, конечно же, чувствовала эту пустоту. Многие друзья ещё тогда говорили, что характер у неё чисто мужской - столько выносить и не выказывать никаких слабостей. Но откуда людям знать, что творится внутри? О браке с кем-то из близких знакомых не шло даже речи - какой брак если нет любви? Да и по заявлениям Яны: "Хлопотно это всё".

Последующие концерты с Егором, которые всё же состоялись и даже были записаны для французского телевидения, превращались для Яны в сущий ад. Они несли на себе резкий отпечаток летовского стиля, и её выступления из утончённых и женственных, превращались во всё тот же сибирский бунт Егора. Интересно, предполагал ли Егор, что в будущем может случиться с девушкой, которую, как он считал, всё-таки можно переучить играть на панковский лад? И предпринял бы что-нибудь, если бы понял, что имеет дело не с плаксой из Новосибирска, но с уже сложившейся поэтессой, мнение которой определяет её жизнь, даже в случаях несогласия с кем бы то ни было? Между тем песни Яны звучат в Лондоне, где Сева Новгородцев включает их в свои программы радио ВВС. Фрагменты "От большого ума" и "Гори-гори ясно" крутят уже - только вдумайтесь - на радио СССР!  

Примерно год, начиная с апреля 1990-го, Яна живёт со своим новым молодым человеком в общежитии. Однако её концертная деятельность не прекращается. И, испытывая ежедневные перегрузки, она уже думает, что для неё важнее - концерты или личная жизнь. И неужели всё зря? Неужели всё произошедшее - чудовищная ошибка? Все эти потери, смерти, самокопания? С тем самым молодым человеком - Сергеем Литавриным - Яна разойдётся в начале 1991-го года. В скором времени она также начинает общаться теснее со сводным братом Сергеем Шураковым - сыном новой жены своего отца. Общение им обоим идёт на пользу. Сергей рад познакомиться с девушкой которую, наконец-то понимает и видит как интересную собеседницу и стопроцентную женщину (в отличие от того же Летова, который рассматривал Яну, как коллегу по творчеству). Сергей - буддист, совмещающий обычную жизнь жителя союза с занятиями восточными единоборствами и поездками в Японию на соревнования. Весной 91-го года он погибнет по причине врачебной халатности. И эта смерть станет последней каплей в жизни Яны. Просто жить так больше нельзя. Невозможно вынести больше боли, чем тебе предписано судьбой. Чтобы закрыть свой последний долг, проводить человека и исполнить всё как нужно, Яна собирает последние силы в кулак. За некоторое время до трагедии, будто предчувствуя неладное, она даёт "обет молчания" - ни с кем не разговаривает и, кажется, что-то тщательно обдумывает.
 
После всего случившегося, заботливые родители берут Яну вместе с собой на дачу, в надежде, что воздух и природа помогут ей забыться и хотя бы немного расслабиться. Несколько раз девочка уходит в лес и подолгу там пропадает, но отец возвращает её домой, потому что состояние его дочери просто жуткое... И, как вы понимаете, вот он, финал. На берегу реки Иня. И, пожалуй, не так страшен сам шаг в бездну, в пустоту, как страшен путь до этой бездны. Путь в два десятка лет, долгий и тернистый. И на этом пути, тёмным майским вечером, нам, наверное, не встретится уже никто. Лишь чёрными крестами маячат впереди тёмные остовы ночных деревьев, да лесные звуки будут сопровождать нас в течение всей дороги к финальному рубежу. Под ногами приминается молодая зелёная травка, а в голове пульсирует мысль, которая делает одинокий мрачный вечер в лесу ещё более ужасным. И когда вы выйдете на тот самый проклятый берег, вы, конечно же, будете всё взвешивать. Вспомните друзей, вспомните близких. Тех, кто ушел и тех, кто остался. Безразличных к вам и сострадающих, сожалеющих. Но не дай вам бог в процессе этого взвешивания оценить вес всего груза вместе. Тем более если вы девушка, и если вам всего 24 года. В вашей голове крутятся стихи... Стихи близких людей и свои собственные, как кажется глуповатые и простые, но по прошествии времени, признанные действительно талантливыми и глубокими...  И вот он - самый чудовищный шаг, который требует не только осознания своего поступка, но и силы воли. Чудовищной, ужасной силы воли, когда можно всё повернуть вспять, но нельзя. Потому что всё должно быть завершено. Пока долги розданы. Пока ещё можно всё остановить. А свет бледной Луны и ночь, уже способствуют сокрытию этого дикого, невозможного поступка. Родители же ещё долго будут искать Яну в лесу, плутая между деревьями и испуганными голосами пытаясь докричаться до дочери. В два часа ночи поиски закончатся. Но, конечно же, останется надежда, что Яна жива, здорова и найдётся. Ведь надежда всегда остаётся, как вы понимаете.

Автор: H.L
Поделиться
К другим постам >>