Однажды выдохнешь и поймёшь: винить-то некого,
у каждого свой урок и свои бумеранги.
Пытаешься сверить свои вопросы с ответами,
а жизнь по другому предмету суёт шпаргалки.
Пытаешься обхитрить судьбу и препятствия,
вот только без них не живётся душе, не можется.
Мы сами себе выбираем людей, обстоятельства,
с которыми наша легенда однажды сложится.

Анна Островская

Как часто мы путаем самоуверенность с уверенностью в себе. Как часто мы забываем, что зомби - это не только тот, кем управляют извне, но и тот, кто управляется импринтами изнутри. Импринт - это отдельный опыт (последствие импринтной реакции) или сумма опытов, из которых складывается наше определённое убеждение или же целая система убеждений. И всегда, когда ты уверен, помни: ты не прав, поскольку не объективен. И лишь личная история автора, свойственная ему неуверенность и незакономерная выборка из предложенных вариантов позволяет ему говорить так категорично. Только признав свою неправоту мы освобождаем место для вдоха альтернативным вариантам, которые существуют вне зависимости от нашего желания. От уверенности до фанатизма один шаг. Жизнь - пространство живого эксперимента, в котором можно и нужно чувствовать себя, как рыба в воде. Ведь ничего дороже жизни мы в этой игре не проиграем, а жизнь... Такое себе развлечение. Которое мы, люди, часто переоцениваем, как и вообще существование отдельного индивида. Однако ценить и беречь жизнь окружающих, конечно же, необходимо. Это то, пространство, в котором обитаешь ты. А пространство, среда, культурная территория - всегда ценнее индивида, если он не является существом, создающим новое. И сразу возникает ряд мнений. Но прежде, чем давать ответы всем и каждому, включая себя, нужно научиться задавать вопросы. Намного более сложная задача, которую может недооценить профан. И если вы давненько не слышали вопросов и устали от утверждений, то наша сегодняшняя жизнь скроена специально для вас. Для тех, кто спрашивает себя и мир. О простых вещах. А значит - о вещах великих. Ведь любое величие кроется там, где спеси, эпатажа и бравады не увидишь. Любое позёрство, любое бряцание регалиями - всего лишь попытка испуганного ребёнка забыться, закрыться. Показать, что он добился всего. Но если ты чувствуешь, что достоин собственных заслуг, ты уже не рвёшься что-то доказывать другим. Перегорает. И яркой искрой взлетает в потолок.

Долорес О`Риордан в "Лабиринтах"




Думали ли вы о том, что рождение каждого из нас это намного более долгая дорога, нежели оплодотворение нашим отцом нашей матери? Эта история – история бесконечности. Это история человеческих войн и выживания сильнейших. Полная совпадений, случайностей и неожиданных поворотов жизнь наших прадедов и прабабок, целый фантастический эпос сохранения себя в окружающем пространстве. История от рождения чёрных дыр и до конца времён, которая сгустилась сейчас именно здесь. И плавно течёт по уже проторенной дороге вперёд, на два шажка опаздывающая от её предшественника – мгновения, которое появилось на секунды раньше, чем эта самая секунда. Которая и обуславливает наличие движения вперёд. Движения, которое создавали те, кто был ранее. Но некоторые люди не просто не подготовлены к будущему, не чувствуют взаимосвязи времён и поколений. Их прошлое – история героизма и отваги – превращается в пьяный бунт против времени. В глупое невероятное поведение звездочёта, случайно решившего отказаться от своих обязанностей и ответственности. Но существует множество других. Те, кто привык задаваться вопросами. Те, что готовы шагать без оглядки - куда-то через пропасть, отсчитывая каждый новый день финальной точкой своего путешествия. Это люди, которые, благодаря сознательно допущенной ошибке, задают себе простую и понятную программу: "Если сегодня, возможно, последний день, то нужно выложиться на все сто". И их жизнь соткана из подобных последний дней. В каждом из которых они были гениальны и талантливы. Ведь сознание каждого из нас найдёт свой отдых рано или поздно. Поэтому на протяжении жизни стоит хотя бы немного поработать.

6 сентября 1971-го года в деревеньке Баллербрикен, что в графстве Лимерик, Ирландия, рождается наша сегодняшняя героиня, которая всю жизнь посвятит тому, чтобы подарить людям свой талант и свой взгляд на мир. Однако сам этот процесс передачи сокровенного, живущего внутри тебя, у разных людей выражается по разному. И большего уважения, конечно же, заслуживают те, кто делает акцент именно на таланте, как на невероятной находке, а не на собственной личности, которая является носителем чего-то нового и удивительного. Настоящий прогресс проявляется тогда, когда человек отказывается в болезненных порывах хватать звания, регалии и награды. Это следующая ступенька на этапе взрослости - понять, что все твои заслуги обусловлены твоим кропотливым трудом и принесли (либо в будущем принесут) пользу, которая никак не связана с тем, сколько титулов на тебя навешано. Взаимосвязи между наградами и заслугами нет. Это пустая бравада, о которой в своём "Эгоистичном гене" писал Ричард Докинз: "Если мы видим, что животное действительно ведет себя глупо, например при виде льва становится на голову, вместо того чтобы спасаться бегством, то возможно, что оно делает это, чтобы покрасоваться перед самкой." Если мы видим, что человек побрякивает былыми заслугами, то где-то рядом точно есть выгодный для него родник, к которому хотелось бы припасть. Абсолютно иначе обстоят дела у тех, кто работает просто для того, чтобы сделать что-то интересное для себя или в целях оправдать свою жизнь. Последний пункт, кстати, тоже отдаёт нездоровой болезненностью. От этого страдал Курт Кобейн. От этого страдал Франц Кафка. Часть этой тревоги за возложенный на неё талант испытывала и Долорес. Она не оправдывалась. Более того, как и положено, это началось не с самого детства. В детстве хотелось... хотелось, чтобы тебя любили. Долорес будет вспоминать: "Мама моя всегда, как и все ирландские матери, питала слабость к мальчикам. Мальчишки могли ничего не делать, и быть любимчиками просто потому, что они мальчики. Нам же нужно было всегда что-то придумывать, чтобы обратить на себя внимание. Нужно было себя выпячивать. Я пела, я всегда пела". Говоря "нам", она, конечно же, будет иметь ввиду себя и свою сестру. А под "мальчиками" - пятерых своих братьев. В попытках достичь хоть чего-то, Долорес часто подпевает отцу, который очень любил пастушескую песню "The Lonesome Cattle Call". И именно так - через повторение и понимание определённых элементов родился стиль Долорес. Уже позже она заметит, что манера её пения будет похожа на пение Шинейд О'Коннор или Сьюзи Сью из "Siouxsie and the Banshees". И вот в пять лет девочка уже в меру сил подпевает своему отцу-фермеру Теренсу. Часто проводит время, практикуясь в игре на пианино. Прекрасно играет на дудочке. Но где-то в возрасте 7-8 лет пространство вокруг Долорес съедает сепия. И появляется человек, чьё существование официально не подтверждено и, хорошо бы, если бы не подтвердилось никогда. Им, по заверениям разных интернет-источников, разных друзей и знакомых Долорес являлся достаточно хорошо известный ей в детстве человек. То ли это был друг отца. То ли сосед. Но уже после смерти нашей сегодняшней героини (и исключительно после смерти!) история о сексуальных домогательствах со стороны этого мужчины в адрес Долорес расползётся от издания к изданию. От одного цифрового некролога к другому. Будет изложено много непроверенной информации. Девочка продолжает петь в церковном хоре, но некий механизм расщепления уже запущен. И скоро войдёт в свою полную силу, выкручивая талант юной ирландки, как губку.

В 19 лет Долорес проходит отбор на роль новой вокалистки группы "The Cranberry Saw Us" в связи с уходом старого солиста Ниалла Куинна в его сольный проект "The Hitchers". Уже с 12 лет Долорес пишет песни и на прослушивание придёт со словами и музыкой к демо-записям группы. Примерно через год коллектив, уже известный своими демо-версиями новых трёх песен переименовывается в "The Cranberries".



Существует две категории людей. Да, снова! Существует ДВЕ категории людей: одни верят в решительное влияние знаков вселенной и знаков судьбы, вторые создают их сами. И сами создают вокруг себя зону влияния и могут взять ответственность за то, что они говорят, утверждают и пропагандируют. Какой бы чушью иногда не казались их утверждения. Но эти положения общие. И всегда вызывает жалость и сочувствие человек, который увидел, трактует и принимает с бесконечно мудрым видом. Но бесконечное уважение вызывают те Атланты, которые своим старанием, упорством и упрямством переламывают хребет обстоятельствам и формируют свою личную мифологему. Необходимая черта каждого гениального мифа, каждого гениального мира - непринятие. "В основе творческого труда всегда лежит чувство протеста". Так писал Капица. Основываясь на протесте новый мир найдёт инструменты и предложения для решения проблем, которые он видит. Если человек не делает ничего, если он занят только зарабатыванием денег и растрачиванием своей жизни, значит его всё устраивает. Как только писатель, художник, музыкант перестал работать и чувствует себя комфортно, значит он устроился. По всей видимости, устроился хорошо. Человек, который построил свой мир, если у него были на то свои причины, уже никогда не бросит его под чужие ноги. Он будет начинать и заканчивать. Осматривать его со всех сторон, бережно латать. Это касается не только культурного творчества. Это касается и творчества в любви. В любой сфере, в любой форме, в которой оно может проявиться: от кулинарии до высокой философии. Если человек готов ради новых собственных выгод вытереть ноги о свою творческую роль, то он всегда был всего лишь имитатором. Ведь затоптать то, что ты с неимоверными усилиями держал на своих плечах долгие годы, значит растоптать частицу самого себя. Купить за копейку канарейку и восторгаться этим. Тем же, кто в любви, музыке и искусстве не пользуется этим правилом, не стоит верить и на грош.

Наша сегодняшняя героиня работала с архетипами. Как ни странно говорить об этом. Архетипика бывает очень разной. В отличии от всяческих коммерческих проектов, чей заработок на сцене характеризуется лишь жаждой наживы и работой маркетологов, которые подскажут наиболее востребованные темы для песен и помогут стать популярнее и заработать побольше, Долорес писала и пела о себе. Более того, сравнение "The Cranberries" с выше обозначенными проектами невозможно по одной простой причине: огромный охват эмоций, который Долорес из альбома в альбом паковала в отдельные ящички треков не поддаётся никакому коммерческому анализу. Иногда просто не рекомендуется петь об определённых вещах. Но её это, как кажется, не смущало. И речь, конечно же, об одной из самых известных песен "The Cranberries". Но дорога группы с Долорес во главе ещё  только начинается. Проваливается их первый сингл «Uncertain» и концерт в Лондоне. Дело в том, что Долорес зачастую... как бы выразиться... не может смотреть в зал. Она поворачивается к залу спиной и продолжает исполнение песни до того момента, пока внутреннее выгорание не отступает, и она по той или иной причине опять не находит в себе силы вернуться к своему зрителю. Зря говорят, что талантливый человек должен быть сильным! Талантливый человек никому ничего не должен. Не должен объяснять, не должен доказывать. Если вы не смогли его понять, то это исключительно неудача вашего узкого мировоззрения. Если в странности вы видите гения, ваша обязанность принять его костюм. Каким бы широким и несуразным он ни был. Ведь мир видел столько гениев - от больших и сильных мужчин до маленьких и хрупких женщин, которые пытаются доказать себе и всему миру свою жизнеспособность. И в сотый раз доказывают! Яркой иллюстрацией этой аксиомы второй альбом группы "Everybody Else Is Doing It, So Why Can’t We?" Все остальные делают это. Почему мы не можем? Эта цитата подстёгивала группу вплоть до выхода самого альбома. И у них действительно получится! С марта по декабрь 1993-го года только в США будет продано около миллиона экземпляров. По некоторым неофициальным подсчётам скорость продажи будет составлять 70 тысяч копий в день. Но чего не придумают фанаты!.. Хотя на альбоме, конечно же, и имеются два полноценных суперхита! Вспомните их названия?

Именно во время этого тура Долорес познакомится со славным парнем Доном Бёртоном - менеджером группы "Duran Duran" и своим будущим мужем. Он сделает из "The Cranberries" известную гастрольную группу и порекомендует им стать слегка помягче. Но характер Долорес всё равно балансировал на этом самом краю и песни рождались откуда-то изнутри, независимо от пожеланий продюсера. Именно следующий альбом станет одним из самых запоминающихся для слушателя...

В 1993 году в ирландском Уоррингтоне прогремят два взрыва. Теракты будут подготовлены боевиками Ирландской республиканской армии. В результате второго взрыва погибнут два маленьких мальчика - Джонатан Бол и Тим Пэрри. Эта новость вызовет незамедлительную реакцию Долорес: "…Тогда была еще та бомба в Уоррингтоне, и те мальчики погибли. Я помню, как видела одну из матерей по телевизору, просто убитую горем. И мне было так ее жалко, что она вынашивала его девять месяцев, сносила все эти вещи, тошноту по утрам, и вот какой-то… изверг, какой-то безголовый тупица, думающий, что что-то кому-то докажет, делает все это. И я спрашиваю, это как вообще? …IRA — это не я. Я не это хочу передать. Это не Ирландия, это кучка кретинов, живущих одним прошлым, живущих во имя какой-то мечты. Окей, я знаю, что у них там есть свои проблемы, но это не причина для того, чтобы поднять руку на ребенка, чтобы та женщина через все это прошла. И неважно, если это кому-то покажется грубо или слишком просто — мне искренне плевать, будь это католик или протестант, англичанин или ирландец. После всей этой наносной глупости меня волнует лишь то, что причиняется вред ни в чем не повинным людям. И вот именно это побудило меня написать песню, а не то, что я ирландка. …Я не вижу разницы между англичанами и ирландцами, между Боснией и Сербией, между католиками и протестантами; те, кто убивает детей, — настоящие зомби, идиоты, живущие вчерашним днем".

Так свет увидит песня "Zombie" которая навсегда должна стать предостережением для людей, которые ставят некие неподтверждённые иллюзии выше жизни других людей. Выше здравомыслия. Которые слепы, ибо не ведают что творят. И хромы, поскольку выбирают путь, протоптанный кем-то другим. Их идеи - надиктованные идеи. Их фанатизм - слепая вера в идеал. И какие бы прекрасные ни были у вас идеалы, если вы фанатичны, то вы всего лишь зомби.



Рассказать биографию человека можно через его характер и внутренние состояния, абсолютно не прибегая к фактам. Не воплощая свои мысли фактически, а лишь созерцательно оценивая то, что он оставил после себя. Наша героиня рисовала себя широкими мазками на холсте жизни. И все её эмоции, все её идеи и мысли навсегда остались с нами на альбомах - великих альбомах, в которых ведущее место отводится простоте. Возьмите прекрасную ирландскую внешность с её вечно девичьей незамутнённостью. Глаза - добрые и тревожные, характер - в текстах песен (да и в жизни) сочетавший в себе жажду быть услышанной и жажду найти некое укрытие. Укрытие от себя самой. Добавьте к этому портрету голос - голос Бога, как выразился Римский Папа Иоанн Павел II. Добавьте слёзы принцессы Дианы во время совместного исполнения Долорес и Паваротти "Ave Maria". Нанесите на холст усталость, вечно безумный рабочий график, пару срывов и тёмные мрачные мысли и позывы, скрываемые за титанической стойкостью в моменты, когда приходилось отворачиваться от зала, чтобы вычеркнуть зрителя из процесса собственных маленьких откровений. И вот она - малая среди малых. Уже садится в самолёт, отправляясь из очередного пункта А в пункт Б. Настолько "очередной", что хочется заглушить мысли внутри себя и уже найти окончательное убежище, приют. Для своих песен, баллад, сказок и внутренней борьбы. Именно то, что в начале нулевых приведёт к распаду группы, подтолкнёт Долорес на этот нелепый срыв в аэропорту. Конфликт вспыхнет, как кажется из ничего. Просто хочется, чтобы мир меньше обращал на тебя внимание, вытащил свои зловонные клыки из твоей шеи и позволил, позволил бы наконец побыть самой собой. И на фоне перебранки в салоне самолёта гулким эхом из прошлого раздаётся это признание: "Я просто хотела остаться дома, ходить в прачечную, забирать своих детей из школы, просто отключиться и стать матерью. Мне нравилось жить в Канаде, откуда мой муж, потому что с ним обращались как с обычным человеком. Такой жизни мне хотелось, мне надоело быть знаменитой".

Но обратно идти поздно. Да уже и не получается. И шесть тысяч долларов, как кажется, справедливая цена, чтобы обо всём забыть. Забыть об усталости, которая позже спровоцирует эти сильные и тяжёлые боли в спине. Забыть о том, что дети остались где-то там, в Канаде. А ты просто не хочешь в свободное время выйти даже в магазин. Ты боишься этого. Боишься узнавания на улицах, тяжёлого груза популярности. И через усталость черви внимания быстрее подтачивают твои нервы, твой позвоночник. Повела себя "как ребенок на детской площадке", так Долорес охарактеризует тот нелепый случай в аэропорту. Но врачи уже силятся понять причины такого поведения. И приходят к выводам, что виной всему может быть биполярное расстройство, медленно и тихо проживающее день за днём вместе с сознанием своей хозяйки. Мерно пьющее с ней чай на кухне по вечерам. Приводящее организм к болезненной анорексии и тяжёлой депрессии. И корни этого кошмара, конечно же берут своё начало из той детской истории. Когда извращённое взрослое сознание посягает на детскую невинность.

Как говорят друзья Долорес (и более достоверного источника, разумеется, найти не приходится) она видела этого человека на похоронах своего отца. Но тот так и умер в неведении о происходившем в их доме. Потом в данную тайну будет посвящена её мать и где-то здесь, на грани могилы у маленькой девочки, закрывающей лицо руками, спрятавшейся от кошмара в сознании взрослой успешной женщины, уже перегорают все предохранители. Она обращается к священнику с просьбой. Но с какой? Слова путаются на языке и получается что-то вроде "Помолитесь за меня!" Ведь большего, как известно, и не нужно в минуты отчаяния. В минуты отчаяния спасёт любой ритуал - регулярные ли это прогулки по кладбищу или наркотики, которые в творчестве и жизни художников являются в каждой бочке затычкой. Но и наркотики уходят. И депрессия, казалось бы, затопляющая всё на своём пути, в один прекрасный день иссякает, тяжёлой каплей опускаясь на дно сознания. Где, на своей благодатной питательной среде взращивает новых монстров и новых чудовищ.

Всё это время работа продолжается. Выходит сольный альбом. Старое ведро, которое черпает новые темы и новые мысли, помаленьку пачкается в слезах и крови. И возвращается из этого страшного колодца всё более непригодным для использования. Верёвка, на котором оно, словно висельник, болтается, истончается. Истончаются границы и смыслы. Всё сливается в один тугой ком, когда ты понимаешь, что запаковано на дне твоей души.

Свою последнюю ночь наша героиня проведёт в отеле Hilton Park Lane. Она приедет сюда по делам. Творческие начала тянут тебя в эту невероятную работу связывать цветные нитки смыслов в сплошное полотно. Хочется делать новое и работать. Хочется записать новую версию своего нашумевшего хита - "Zombie". За несколько часов до смерти Долорес звонит своему продюсеру Дэну Уэйту. Она очень хочет с ним увидеться, очень хочет продолжить совместную работу. И после этого звонка, который останется голосом на автоответчике, наступит тишина. Оглушающая, мёртвая. Полиция не скажет ни слова. Констатирует факт смерти, так и не придав огласке причину. Останется фотография в твиттере, где Долорес в обнимку с котом, ещё живая, но уже потускневшая. Краткий комментарий: "Пока-пока, Джио. Мы в Ирландию!" А после только заключение полиции, на котором и оборвётся эта история: "скоропостижно скончалась при загадочных обстоятельствах". И всё. Гулкая пронзительная тишина. И, действительно, поездка в Ирландию. Уже последняя. Специальный рейс из точки А в точку Б для одной из самых талантливых и интересных исполнительниц этой загадочной и невероятно сказочной страны.